Заказать двери в орле.
Февраль
2012 (7520)
alternativa.lib.ru > Альтернативная история
> Футурология
Все материалы
На крыльях божественного ветра (Камикадзе и вторжение на Кюсю)
Джангреко Д. М.

Лекция по рассмотрению вопросов снабжения во время недавней высадки на Кюсю продолжалась без помех. Около 160 курсантов, преподавателей и гостей заполняли аудиторию Прингл Высшего военно-морского колледжа вечером бурного вторника ноября 1946 г., чтобы послушать адмирала Ричмонда Келли Тернера. Выпускник Военно-морской академии США 1908 года, Тернер во время высадки{172} командовал десантными соединениями Тихоокеанского флота - более 2700 кораблей и большое количество десантных судов. 101 человек в классе 1947 года были ветеранами величайшей в истории войны, и перевод почти всех судов Атлантического флота после Нормандии на Дальний Восток гарантировал каждому офицеру в колледже участие как в последней грандиозной операции на Кюсю, так и в еще более масштабной операции, [341] проведение которой планировалось позже в районе Токио. Более того: только двое из дюжины офицеров армии, воздушных сил и береговой охраны и еще один курсант из Государственного департамента{173} не служили на Тихом океане. Новый президент колледжа, адмирал Рэймонд А. Спрюэнс, сам командовал Пятым флотом во время высадки и по секрету говорил своему помощнику, что его старинный друг и коллега 'сегодня в отличной форме'{174}.

Приятно было видеть, что Тернеру все удается; Спрюэнс понимал, что выступление перед офицерами - особенно перед этими офицерами - пойдет ему только на пользу. Тернер лишь две недели назад закончил выступать свидетелем в последнем из трех расследований Конгресса, которые проводились после заключения перемирия с императорской Японией; еще раньше, во время войны, его три раза отзывали в Вашингтон давать показания по вопросам, связанным с событиями 7 декабря 1941 года. Во время этих разбирательств Тернер был подвергнут подробному перекрестному допросу, поскольку перед началом войны он служил в Отделе военного планирования флота{175}; это были первые после перемирия слушания по делу Перл-Харбора. Тернер мало что мог добавить по существу во время вторых послевоенных слушаний, когда Объединенный комитет Палаты представителей и Сената проводил расследование обстоятельств тактического использования ядерного оружия, со времени которого было зафиксировано около 40 000 случаев смерти или болезни среди американских военнослужащих. Однако самые последние слушания Комитета Тафта - Дженнера имели целью совершенно другое, и расследование вскоре сосредоточилось на Тернере: каким образом флот, более года сражавшийся с летчиками-камикадзе, был застигнут ими врасплох у Кюсю?

'Перл-Харбор №2', как окрестили это событие журналисты, стал свидетелем того, как 38 кораблей и ТДК, полные отплывающих солдат, два десятка эсминцев и еще двадцать одно судно были атакованы в [342] виду места высадки десанта в 'день Икс' и 'день Икс+1'{176}. Шесть других судов были взорваны катерами 'синё', наполненными взрывчаткой; они врезались в группы атакующих во время неразберихи; еще десять кораблей 'либерти' были взорваны камикадзе в период со 'дня Икс+2' по 'день Икс+б'. Наземные войска потеряли 29 000 человек убитыми и пропавшими без вести; столько же солдат и морских пехотинцев превратились в беженцев - они потеряли все свои вещи, в страшной спешке оставляя тонущие транспорты. Великолепно срежиссированная высадка была сорвана беспрерывными атаками и спасательными операциями. Существенные перебои в доставке снабжения и нехватка подкреплений имели результатом втрое большее число убитых и раненых, чем предполагалось через 'Икс+30', и беспрецедентный - и кровавый - застой, который продолжался до 'Икс+20' в крайних северо-восточных точках шести из тридцати пяти пунктов высадки.

В первые две недели на Кюсю было потеряно больше людей, чем во время сражений при Булге и Окинаве, вместе взятых, и критики усердно искали козла отпущения, которого можно было бы заколоть на жертвеннике армии. Адмирал Честер Нимиц, главнокомандующий Тихоокеанским флотом, запретил приносить в жертву Тернера, и взял ответственность за разгром на себя (хотя было совершенно очевидно, что ответственности хватило бы на всех). Тем не менее слушания велись в довольно резком тоне, и генерал Макартур из своей штаб-квартиры в Маниле дал понять: он, Макартур, уверен, что из-за 'неспособности Тернера обеспечить защиту и спасти жизни наших доблестных солдат и моряков' Америке пришлось довольствоваться 'неполной победой - еще худшей, чем Версальская'. Сегодня вечером не склонный к сантиментам, сильный старый адмирал в первый раз после слушаний выступал перед аудиторией, и Спрюэнс сделал все, что мог, чтобы не дать новости выйти за пределы узкого круга военных моряков, существовавшего [343] на Костер-Харбор Айленд в бухте Наррагонсет Восточного пролива. Из всех присутствовавших только вышедший в отставку трехзвездный генерал Холланд Смит, навещавший сына старого сослуживца, и Джордж Клемэн, помощник недавно назначенного госсекретаря К. Маршалла, были не из колледжа и не с военно-морской базы в Ньюпорте.

Курсанты, затаив дыхание, слушали человека, которого Спрюэнс назвал 'прекраснейшим примером редкого сочетания - стратега и воина, готового взять на себя ответственность и ринуться в бой'{177}. Немногие из офицеров видели Ужасного Тернера во время войны на Тихом океане, и первые вопросы - сразу после того, как Тернер был представлен - были, скорее, 'разведкой'. Спрюэнс предполагал, что эти вопросы не продлятся долго; так оно и было.

'Сэр, с самого начала, у острова Лейте, когда японцам удалось заставить нас изменить расположение авианосцев, мы сразу начали терять корабли - из-за самоубийц и даже в обычных атаках. Не из-за этой ли потери транспортов и ТДК замедлилось строительство взлетно-посадочных полос на берегу и плохое положение дел еще более ухудшилось, с точки зрения воздушной обороны?'

Потеря множества кораблей-поставщиков типа эсминцев в ноябре 1944 года была неожиданной. Камикадзе пролили первую кровь 25-26 октября, когда группа из пяти самолетов потопила эскортный авианосец 'Сант-Ло' и повредила три подобных ему авианосца. Это сподвигло многих молодых японских летчиков на вступление в соединение 'Симпу' (специальный штурмовой корпус), и 30 октября камикадзе повредили три крупных авианосца настолько, что корабли пришлось отправить на стоянку Улити для ремонта. Через несколько дней еще один 'плавучий аэродром' стал жертвой самоубийц; до конца ноября пострадали еще три корабля.{178} Об этих ошеломительных нападениях, влекших за собой потерю кораблей, и говорил курсант, задавший вопрос; вопрос отсылал также к проведению [344] наземной кампании. Тернер не был главным на Лейте. Командовал вице-адмирал Томас Кинкейд, и Тернер тщательно выбирал слова.

'Мы ожидали, что будут потери, но характер японских атак был совершенной неожиданностью. Мы рассчитывали, что наши истребители справятся с большей частью их воздушных сил на Филиппинах до нашей высадки. Невнятный, слабый ответ на рейд Билла (адмирал Уильям Ф.) Хэлси в сентябре 1944 г. заставил нас заключить, что силы японцев на островах гораздо менее значительны, чем должны были быть. Мы фактически прекратили промежуточные операции и продвигали 'Кинг-II' полные шестьдесят дней{179}. Никак невозможно было предугадать тактику, которая использовалась против нас. Что касается строительства воздушной базы в Лейте, то причиной задержки не была потеря судов; причиной стали погода и почва, которые стопорили все усилия армейских инженеров. Мы владели этими островами более сорока лет, но до сих пор у нас не было возможности убедиться, насколько неподходящий грунт в районе, где мы должны были разместить аэродром Бурон.

Все мы помним кадры кинохроники, где командующий операцией спрыгивает со своей шлюпки в воду и направляется к берегу - уверен, что было сделано не более одного дубля, - (смех) а также его заявление о том, что он 'вернулся'. Но немногим известно, что он обязан был снова занять Лейте с четырьмя дивизиями; восемь истребительных и бомбовых групп вели обстрелы с острова в течение сорока пяти дней после первой высадки. Девять дивизий и вдвое больше дней в бою; действовать могла только часть авианосных соединений - из-за отвратительных условий местности{180}. Сражение на земле тоже шло не так, как планировалось. Японцы как раз сделали последний рывок, быстро изолировали штаб-квартиру Пятого воздушного соединения и захватили большую часть аэродрома, пока армия не выбила их назад, в джунгли{181}. Полковник?..' [345]

Заканчивая ответ упоминанием об армии, Тернер жестом пригласил к разговору одного из слушателей. Он заметил на офицере алую нашивку в виде перекрещенных стрел - знак 32-й пехотной дивизии, которая участвовала в сражении за горные хребты Коркскрю, Килей и Брикнен на Лейте{182}.

'Спасибо, сэр. В свете того факта, что недостаток поддержки наших войск с воздуха позволил врагу переместить четыре дивизии и несколько отдельных бригад и полков на остров с Лусона{183}, полагаете ли вы, что на захват залива было потрачено слишком много времени?'

Адмирал не был смущен упреком, скрытым в вопросе: 'Нет. Ориентируясь по предварительным рапортам как о реальных, так и о воображаемых потерях нашего флота, японцы решили провести главное сражение за Филиппины на Лейте, а не на Лусоне. Первоначально мы намеревались использовать Лейте как своеобразный трамплин перед Лусоном - точно так же, как Кюсю стал нашей последней остановкой на пути к Токио. Но надо помнить о том, что, независимо от того, на каком острове происходило бы сражение, японцы имели на Филиппинах лишь ограниченное число солдат. Более восьмидесяти процентов японских кораблей затонули во время выполнения более поздних заданий по снабжению, но нам, естественно, хотелось бы отправить их на дно еще раньше. В сражении за Лейте участвовало общим счетом на 100 000 человек наземного войска больше, чем предполагалось; само завоевание заняло столько времени, что остров так и не стал главным центром снабжения и авиабазой, каким мы намеревались его сделать{184}. С моей точки зрения, японцы оказались гораздо более подготовленными, чем мы ожидали, и это в равной степени повлияло на все операции. Я ответил на ваш вопрос?'

'Да, сэр', - сказал полковник. Однако позже он говорил главе отдела снабжения колледжа, контрадмиралу Генри Экклсу, что предполагал услышать, что недостаточная поддержка со стороны армии и [346] авиации ощущалась еще спустя месяцы, что большое количество японских частей было выведено с острова, когда в январе 1945 года{185} был получен приказ об отступлении, и что ему не нравилось сражаться с одними и теми же японцами дважды. Экклс ответил, что со стороны полковника было разумным не делать на этом акцент.

Теперь уже многие из присутствующих поднимали руки, желая задать вопрос; Тернер указал на капитан-лейтенанта из младшего класса.

'Адмирал, не могли бы вы прокомментировать атаку истребителей, проведенную в южной части Японии перед высадкой на острова?'

Тернер попросил уточнить вопрос.

'Да, сэр. Почему перед высадкой на Кюсю воздушные силы противника не были обработаны, вплоть до их истощения?'

Эта проблема была предметом жарких споров - и в печати, и в кают-компаниях. Она уже обсуждалась днем раньше в Люс-Холле с главой группы анализа сражений, коммодором Ричардом Бейтсом, и двумя дюжинами студентов.

Камикадзе, 'приклеенные к земле'

'Весьма вероятно, господа, что мы стали жертвами собственного успеха, - начал Тернер. - В течение всей войны все более эффективные действия нашей авиации, а также армейских истребителей и средних бомбардировщиков опустошали японские авиабазы. Мы были уверены, что большое количество их самолетов уничтожено во время налетов, предшествовавших нашему вторжению. Но чтобы уничтожать самолеты на земле, нам надо было знать, где они находятся{186}. Предвидя, что налеты будут становиться все более жестокими по мере нашего приближения к островам, японцы расформировали свои соединения и рассредоточили самолеты. О более чем 125 авиабазах и аэродромах мы знали, однако точек базирования было [347] много больше{187}. Японцы удвоили старания после того, как мы застигли сотни самолетов на базе в Кюсю во время подготовки к самоубийственному рейду на Окинаву{188}. Что касается самолетов, 'приговоренных' к роли камикадзе, то они не требовали особого обслуживания, и их размещали с таким расчетом, чтобы они могли взлететь с дорог и полей, окружающих центральные районы размещения{189}. Кроме того, дюжинами строились запасные аэродромы, и во время наших налетов на известные нам места использовались камуфляж, фальшивые самолеты и брошенные аэродромы с натянутой над ними маскировкой'{190}.

Спрюэнс подозревал, что спрашивавшие и сами знали ответы на свои вопросы - полностью или частично - почти так же хорошо, как Тернер, но их интересовал взгляд Тернера на тихоокеанские операции. Вопросы теперь сыпались, как из пулемета.

'Сэр, из донесений разведки было ясно, что у Японии огромное количество самолетов,{191} но меня удивляло то, что, хотя мы бомбили что хотели, они не поднялись в воздух, чтобы противостоять нам'.

'Вы не единственный, кого это удивляло, - ответил Тернер. - После первой схватки с нашими авианосцами и Дальневосточными ВВС с Окинавы японцы прочно 'приклеили' свои самолеты к земле, чтобы сохранить их для будущих боев во время нашего прихода в Японию. Мы все знаем об этом. Только несколько самолетов с высокими летными и военными качествами, типа 'Рейден', использовались против В-29. Никаких значительных заданий авиация не выполняла, даже ввиду приближения нашего флота, так как японцы считали, что несвоевременное построение войск может стать причиной ненужных потерь, и обоснованно опасались того, что мы можем попытаться втянуть их летчиков в преждевременное сражение - ложными ударами или другими хитрыми маневрами. Они планировали нанести серьезный ответный удар только после того, как убедятся, что вторжение началось'{192}. [348]

'Сэр, - сказал другой курсант, - докладывали, что японцы собирались использовать самоубийц задолго до Лейте'.

Тернер кивнул: 'Дополнение к Соглашению о перемирии позволяет нам официально обсуждать войну с японскими офицерами равного ранга, так обнаружилась интересная информация. Эти обсуждения, кстати, продолжаются. Конечно, бывают неконтролируемые запросы и информация иногда выглядит сомнительно, но в целом обсуждения открыты и полезны'. Адмирал умолчал о том, что он, как и все остальные, был поражен тем, что речь идет о таких вещах. 'Что касается вашего вопроса, то растущее превосходство нашего флота быстро заставило некоторых руководителей Японии задуматься о систематическом использовании летчиков-камикадзе уже в 1943 году. Но только в конце следующего года, после гибели лучших пилотов при Мидуэе, на Соломоновых островах, Новой Гвинее и Марианских островах, стали серьезно рассматривать камикадзе как последнюю альтернативу обычным бомбовым атакам{193}. Это нам уже было известно. Но именно из дискуссий мы узнали о том, что в первый раз приказ о применении суицидной тактики был отдан 4 июля 1944 года, при Иводзиме. Поскольку все камикадзе были сбиты еще до нападения на наши корабли, мы так ничего и не узнали'{194}.

'Сэр, вплоть до самого конца всегда находились японские пилоты, которые не делали попыток ударить самолетом наши корабли. Было ли это спланированной частью системы?'

Тернер снова кивнул: 'Да, опытные пилоты, которые были слишком ценны, чтобы жертвовать ими, должны были обеспечивать прикрытие или наносить классические удары. Когда такие летчики вызывались совершить 'полет в один конец', им отказывали в 'чести' отдать жизнь за императора'Сэр, вплоть до самого конца всегда находились японские пилоты, которые не делали попыток ударить самолетом наши корабли. Было ли это спланированной частью системы?

Тернер снова кивнул: '{195}.

'Сэр, теперь мне кажется очевидным, что если тактика, примененная на Кюсю, применялась и на Лейте, то японские самолеты могли уничтожить гораздо [349] больше наших кораблей. Когда они шли на высоте, их можно было сбить без особого труда. Но когда они сбрасывали высоту - снижались, а не продолжали полет на той высоте 10 000-20000 футов, на которой мы могли бы их сбить, а потом пикировали - то, говоря откровенно, японцы могли бы перетопить наши транспорты на Филиппинах. Единственная перемена к лучшему была в том, что теперь опасность, идущая от берегов Японии, стала более ясной'{196}.

'Никому не нравится нести потери, - ответил на это Тернер, - но если японцы использовали свои самолеты на Лейте так, как вы описали, то урок, извлеченный из этого сражения, должен был внести изменения в ведение боя у Кюсю. Окинава представила первые совместные усилия японских пилотов - они использовали скалы и холмы, чтобы обмануть наши радары, однако размер острова и расстояние, которое им пришлось перелететь от баз на Формозе и Кюсю, вместе с тем фактом, что японцы только начинали экспериментировать в этой области, сначала ограничило успех этой тактики. Несмотря на это, были многочисленные случаи успешных нападений, когда японцы возникали так внезапно, что даже у полных дежурных экипажей кораблей, близких к берегу, было мало времени для ответа. И конечно, время ответных действий растягивалось из-за усталости людей, которым приходилось постоянно быть готовыми начать действовать по тревоге. Постоянно разрабатывались новые тактические методы, так как мы приобретали все больше опыта, сталкиваясь с новой угрозой. Идеи распространялись по всем кораблям, и команды перенимали друг у друга все, что могло пригодиться, все, что могло укрепить оборону благодаря сокращению времени ответа зенитных орудий. Хотите что-нибудь добавить, коммодор Бейтс?'

'Конечно, сэр. К лету 1945 года визиры 5-дюймовых орудий, которыми были оснащены посты наведения, обеспечивали быструю, не требующую радиолокационного наведения стрельбу, поэтому многие [350] корабли начали оснащаться совмещенной системой с медленными приборами управления огнем 'Марк-37' для 5-дюймовых орудий и более быстрыми 'Марк-51' для 40-миллиметровых. Эти изменения - вкупе с реактивными снарядами в зарядном поддоне - сделали возможным более быструю готовность к отражению внезапных атак; но если радар обнаруживал цели на более привычных расстояниях, то снова использовались дальнобойные механизмы наведения 'Марк-37'. Новые радары 'Марк-22', которые позволяли заранее и точно определить приближающийся самолет, тоже были широко распространены во время операции 'Маджестик'{197}. Они были малодейственны в сражениях близко к берегу, но снова и снова доказывали свою ценность на авианосцах.

До появления камикадзе 20-миллиметровые зенитные орудия были величайшей угрозой для японских самолетов. Однако недостаток ударной силы сделал их для камикадзе оружием немногим серьезнее, чем психологическое. Командующие больше полагались на крупные 40-миллиметровые орудия, поскольку они могли поражать приближающиеся самолеты. Мы впихнули дополнительные сдвоенные и счетверенные 20-миллиметровые зенитные установки на уже и так забитые палубы всех кораблей - от минных тральщиков и танкодесантных до линкоров и авианосцев'.

Раздался голос с задних рядов: 'Но мы бы не дали вам забрать наши 'дверные молотки!' (смех)

Адмиралы Тернер и Спрюэнс широко улыбнулись при этой реплике, но руководитель Группы анализа позволил себе лишь усмехнуться уголком рта.

'Как я говорил, хотя 20-миллиметровые пушки оказались неэффективными в борьбе со стремительными камикадзе, это не значило, что команды спешили расстаться с ними, чтобы освободить палубу. Это оружие, по крайней мере, имело то преимущество, что не приводилось в действие электричеством. Даже если на всем корабле электричество отключалось, 'дверные молотки' могли обеспечить заградительный огонь{198} [351]

Новые 3-дюймовые скорострельные пушки - замечательное оружие. Одно орудие так же эффективно против обычных самолетов, как два счетверенных 40-миллиметровых, а против ракетных бомб 'Бака' их преимущества еще более очевидны. Работа пяти счетверенных 40-миллиметровок (двадцать пушек) оказалась равна работе одной 3-дюймовки{199}. К сожалению, очень немногие умели обращаться с ними ко времени проведения 'Маджестик'.

Анализируя результаты работы расширенных радиолокационных дозоров на Окинаве, - продолжал Бейтс, - главнокомандующий ВМС США пришел к заключению, что один эсминец, предположительно, не сможет успешно противостоять более чем одному вражескому самолету за один раз - многие пытались это сделать, но в конце концов бывали побеждены, - и отметил, что в будущем на каждой дозорной станции должно быть не менее дивизиона миноносцев - если тактическая ситуация позволит такое распределение сил{200}. Мы были готовы поставить такие дивизии на четырех из шестнадцати станций на Кюсю, но каждой из остальных станций пришлось обходиться парой эсминцев и двумя специальными канонерскими лодками, созданными специально для операций против Японии (LSM с одной спаренной и четырьмя счетверенными 40-миллиметровыми установками). Эти лодки были вооружены значительно серьезнее, чем канонерки, сражавшиеся при Окинаве.

Главнокомандующий ВМС понимал также, что орудийные установки крупных военных кораблей малодейственны из-за противозенитных маневров; неожиданные броски маленьких эсминцев, стремящихся уйти от камикадзе, и увеличение количества орудий на случай неожиданной атаки создавали сильную качку, которая снижала точность стрельбы. Качество артиллерийской стрельбы значительно повышалось, когда эсминцы маневрировали не так резко, даже если в бой можно было ввести меньшее количество орудий' [352] .

Слушатели-офицеры вставляли реплики в комментарий коммодора Бейтса вежливо, но более охотно, чем в речь Тернера. В разговор немедленно вступил бывший командир эсминца.

'Теоретически это верно, сэр, но любой, кто прошел Окинаву и Филиппины или участвовал в рейдах на Японию, знает, что в большинстве случаев вы бы просто не смогли этого сделать и выжить и сейчас не рассказывали бы нам об этом. Самоубийцам говорили, что, поскольку у них нет определенной мишени для бомбардировки, лучшие результаты в выполнении их задания даст нападение на нос или корму корабля - это позволит им с наименьшей вероятностью стать жертвами заградительного огня{201}. Я видел новых командиров кораблей, которые следовали советам главнокомандующего в этом вопросе. Единственным результатом стало то, что из-за менее активных маневров эсминцев 'божественному ветру' стало гораздо проще 'расставлять точки над i'.

Вмешался бывший старший помощник: 'Мне говорили, что даже начинающего летчика можно научить выполнять скольжение или скольжение под крыло, и когда на нас нападали - я был на 'Кемберли', - мишень выполняла скольжение, следуя за нами по пятам, и нам приходилось круто поворачивать. Наводиться на нее могли только кормовые орудия, и от каждого выстрела 5-дюймовой пушки команда валилась на палубу. 'Вэл' зашел над кормой, целясь в мостик, и упал между двух 5-дюймовых орудий'{202}.

Адмирал Тернер не был удивлен тем, что, как только появилась возможность, разговор переключился на тактику. Он быстро включился в обсуждение: 'В самом начале войны, после Перл-Харбора, Малайи и Яванского моря, наше состояние казалось плачевным - как и состояние японцев. Военно-морская авиация справлялась с любым судном, с каким сталкивалась. Установка радиолокационных взрывателей{203} в 1942 и 1943 годах увеличила успехи наших кораблей в борьбе со своими воздушными мучителями, и к 1943 году - [353] всего через два года после Псрл-Харбора баланс сил определенно склонился в пользу Америки: нашей промышленной базы, нашей учебной базы; во флоте прибавилось военных кораблей, самолетов и высококлассных летчиков. Тем не менее с появлением камикадзе дуэль между корабельными орудиями и самолетами началась заново. Уничтожение девяноста процентов участников рейда до Лейте{204} считалось успехом; но разрушения, которые причинял даже один самолет-самоубийца, могли быть ужасающими. Было очевидно, что завоевание Японии может повлечь огромные потери, и мы стали принимать меры, чтобы предотвратить эту угрозу, - затруднением действий противника, эффективным командованием и контролем, установкой большего количества орудий и всем, что мы могли придумать, чтобы сбивать самолеты до того, как они приблизятся к нашим кораблям'.

'Сэр, - прервал его один из слушателей, - в донесениях разведки перед Кюсю снова и снова говорилось о том, что японцы даже не имеют достаточно топлива, чтобы обучать новых пилотов; они были отрезаны от своей голландской нефти и потеряли все свои нефтеперерабатывающие заводы - их уничтожили В-29 'Суперфортрес'; японцам должно было быть очень трудно обеспечивать полеты. Я не знаю никого из военных моего уровня, кто в это поверил бы; не было ли это той причиной слабости воздушного прикрытия наших взлетно-посадочных площадок?'{205}

'Я отвечу в два приема, - сказал Тернер после минутного размышления. - Во-первых, все, что вы сказали об их возможностях ввоза и переработки нефти, - правда, однако не в той степени, как полагали некоторые. Другая часть картины касалась свидетельств разведки о недостаточной активности японцев на море, что казалось явным признаком того, что топливо у них на исходе. Японский флот резко сократил количество боевых операций из-за нехватки тяжелого топлива, и мы знали, что эта нехватка была главной причиной сокращения часов учебных полетов их летчиков. Более того, [354] в докладах, полученных от нейтральных миссий, указывалось на то, что у гражданского населения, которое не только было лишено жидкого топлива, но и остро нуждалось в продуктах питания - картофеле, кукурузе, рисе, - реквизировали и синтетическое топливо{206}. Мы также были уверены, что во время наших налетов были уничтожены почти все хранилища. Таким образом, хотя мы знали, что японцам удалось скрыть от нас большое число самолетов, неубедительность их ответных действий укрепила нас в мысли, что эти самолеты не в состоянии оказать нам эффективного сопротивления.

Чего мы не знали - так это того, что японцы сознательно приняли решение создать децентрализованные запасы, не связанные с теми, которые использовались для тренировок, - резервы, из которых бралось бы топливо для финальных сражений. Они увидели свой конец, когда мы снова заняли Филиппины; им удалось быстро провести свои корабли мимо наших новых баз в феврале и в марте, прежде чем этот путь был перекрыт. Хотя мы потопили приблизительно две трети танкеров, шедших на север, четыре или пять прорвались и провезли 40 000 тонн очищенного топлива. Этот груз и некоторые продукты внутреннего производства составили основу того, что стало стратегическим резервом{207} Японии, в который вошли 190 000 баррелей авиационного бензина, спрятанного в армейских запасниках, и еще 126 000 баррелей, которыми владел флот{208}. Чтобы просто дать вам представление о количестве бензина, о котором мы говорим, - японцы использовали около 1,5 млн баррелей во время воздушных операций при Окинаве{209}, но - и это важно - во время Окинавы им пришлось пролететь в три раза большее расстояние, чем над Японией.

Их обнаружившаяся неспособность поднять в воздух большое количество самолетов укрепила в нас уверенность, что непосредственная защита места высадки десанта может быть доверена авианосцам эскорта, в то время как около 1800 самолетов авианосцев 58-й [355] oпeративной группы были отправлены на задание на 600 миль к северу от Кюсю, гораздо дальше Токио. Самолеты лишь двух оперативных групп адмирала Спрюэнса были назначены подавлять сопротивление с севера и востока от прикрытия, составленного из эскортных кораблей адмирала Спрэга. Я вместе с другими настойчиво возражал - безуспешно, - считая, что мы слишком многое принимаем на веру. Нам не нужно демонстрировать свои силы по всему Хонсю. Нам нужно защитное покрывало из 'Хэллкэтов' и 'Корсаров' в определенном месте. Они нужны нам на Кюсю. Да, командование и контроль будут невероятно затруднены, может быть невозможны, если сосредоточить так много самолетов в одной точке воздушного пространства. Но это оправдает себя, если японцы совершат успешный массированный рывок к транспортам - и так оно и произошло'.

'Сэр, разве не было также число принимавших прямое участие во вторжении эскортных авианосцев меньше, чем могло бы быть?'

'Было, - ответил Тернер, - но в какой-то степени это было неизбежно. Общим счетом тридцать шесть эскортных авианосцев принимали участие на том или ином этапе 'Маджестик', но многие корабли пришлось услать для защиты дальних подразделений - участников вторжения. Например, четыре эскортных авианосца были отправлены обеспечивать поикрытие тихоходного конвоя, который курсировал между Филиппинами и Кюсю, от более чем 600 японских самолетов, которые могли напасть на него, прилетев со своей базы на Формозе{210}. У Спрэга было шестнадцать 'плавучих аэродромов' приблизительно с 580 самолетами; они были готовы как поддержать высаживающиеся соединения, так и оказать сопротивление в случае нападения вражеского корабля{211}. План требовал, чтобы около 130 самолетов были наготове от рассвета до заката, чтобы поддержать своих в отчаянном бою за место высадки десанта{212}. Конечно, чтобы обеспечивать продолжительное, непрерывное присутствие, требовалось [356] гораздо больше самолетов, и даже больше было отправлено от наземной поддержки, когда они были на Окинаве{213}. Возможность боевого воздушного патруля (БВП) действительно обеспечить прикрытие, как только начнется бой, - пункты БВП были расположены на расстоянии в среднем пятнадцати миль друг от друга по ту сторону покрытых облаками гор - оказалась невероятно труднодостижимой и вскоре провалилась. Мы закрепились недостаточно прочно. БВП были сметены со своих патрульных барьеров во время первого прохода японцев. Мы ожидали, что некоторым - немногим - удастся проникнуть, но не рассчитывали, что они смогут успешно и согласованно действовать и поднять в воздух столько самолетов, сколько они смогли поднять'.

'Мне кажется, сэр, - заметил собеседник Тернера, - что они нас раскусили'.

'Очевидно, что они разрабатывали планы, основанные на точном понимании деталей наширизнал адмирал, - и их планы далеко не ограничивались воздушными операциями. Фактически они были так уверены в своем анализе наших намерений, что двинули несколько своих дивизий на Кюсю до того, как наши ВВС - наша возможность воспрепятствовать им - достаточно укрепились на Окинаве. Японцы были на шаг впереди нас. Наша разведка заметила появление их укреплений, которые вместе с уже находившимися там частями и новыми дивизиями, набранными из многочисленного населения острова, представились нам ужасной картиной{214}; однако с этой ситуацией мы могли бы справиться, если бы были в состоянии доставить наши соединения на берег в целости.

Интересное примечание для будущего историка этих событий. Многим из вас, возможно, известно, что первоначально операция на Кюсю назвалась 'Олимпик', но знаете ли вы, почему первое название было изменено? Когда разведка обнаружила быстрое наращивание сил, мы предположили, что высадка может [357] оказаться под угрозой{215}. Перемена названия с 'Олим-пик' на 'Маджестик' была попыткой сбить с толку японскую разведку - перемены, предпринимаемые ими, были основаны на данных анализов, проведенных в императорской штаб-квартире. Японцы верно вычислили и место, и примерное время проведения обеих операций - и 'Маджестик', и 'Коронет' ( 'Диадема'){216} - и решили ввести в сражение огромное количество самолетов-камикадзе в течение первых - критических - десяти дней каждой операции. Десантные силы сами по себе должны были стать главной мишенью японцев; дополнительным авиасоединениям было дано задание удерживать оперативную группу авианосцев'{217}.

Многие из присутствующих офицеров хотели бы услышать, как Тернер об этом узнал. Однако следующий вопрос вернул разговор к теме камикадзе. Спрашивал еще один бывший капитан эсминца.

'Сэр, независимо от того, какое количество наших самолетов было задействовано в подавлении японских баз и обороне районов высадки, мне кажется, что большое количество японских баз - и горы на Кюсю - создавали практически идеальные условия для действий самоубийц'.

'Я много и подолгу думал об этом. Японцы во время обороны главных островов имели семь не связанных друг с другом преимуществ, которых у них не было на Окинаве.

Во-первых, их самолеты были способны приближаться к десантным плацдармам, с которых начиналось вторжение, с любой точки широкой дуги. Это сводило на нет любую победу на линии воздушных баз Теки-Шут (Марианские острова) и Кикаи-Джима (север Окинавы), где большие расстояния диктовали японцам относительно предсказуемые маршруты.

Во-вторых, высокие горы скрывали низко летящих камикадзе от радаров; это сокращало время наших ответных действий против приближающихся самолетов. Бьии планы установить радарные точки внутри наших [358] линий и на лежащих вне линий островах - так быстро, как только позволит тактическая обстановка, но главной проблемы - горы - это практически не решало. Кроме того, работа большинства радарных установок во время проведения 'Маджестик' планировалась после 'Х+10'{218} - к этому времени атаки камикадзе пошли на убыль.

В-третьих, мы знали, что японцы испытывают затруднения с радио, и некоторые из нас не учли того, что они могут координировать вылеты с запасных аэродромов и скрытых площадок по телефону. На этом этапе войны опора японцев на телефоны была скорее их силой, нежели слабостью. Не было радиоперехватов{219}. Наши соединения не могли ни перехватить, ни исказить, ни заглушить сведения, которые передавались по наземным линиям - и, как и японские электрические системы, такие линии не представляли собой хороших мишеней для воздушных атак.

Четвертое преимущество было связано со вторым; оно было извлечено из того, что наши штурмовые суда во время вторжения были практически неподвижны. Поскольку было известно, в каком районе действуют высаживающие десант корабли, камикадзе не обязательно было идти к ним на большой высоте, которая обеспечивала им видимость, нужную для обнаружения разбросанных далеко друг от друга групп авианосцев, и которая в то же время позволяла радарам обнаружить их самих. Вместо этого пилоты имели возможность приближаться к скоплению транспортов или грузовых судов со стороны гор, а затем снизиться до очень малой высоты. Последний отрезок пути до корабля проходился на низком уровне. Это не позволяло радарам засечь самолет; его было плохо видно; число противовоздушных орудий, которые можно было применять против такого самолета, было весьма ограничено. Нетрудно было понять, что во время проведения 'Маджестик' это стало бы проблемой: процент камикадзе, выполняющих свое задание до конца, сильно возрастал при полете ниже зоны [359] действия радара к точно определенным местам - таким, например, как стоянка Керама-Ретто (Окинава) - по сравнению с приближением к кораблям в море на большой высоте.

Хочу тем не менее подчеркнуть, что, несмотря на преимущества, которые давало фиксирование радаром высоко летящего самолета, корабли, привязанные к одному месту, навлекали на себя массированные нападения, и радиолокационные дозоры, курсировавшие около определенных подступов в Окинаве, страдали намного больше, чем те, которые двигались вместе с быстроходной опергруппой авианосцев. Недостаток предсказуемых подступов к Кюсю только усугублял положение.

В-пятых, мы начали широко использовать эсминцы в качестве радиолокационных дозоров еще во время операции на Кваджалейне в январе 1944-го, и к концу этого года сравнительно опытные ЦБИ (центры боевой информации) эффективно обеспечивали разработку тактической ситуации и направление истребителей с определенных эсминцев. К сожалению, координация между новоустановленными ЦБИ и своевременная связь с их радиолокационными дозорами являла собой проблему, поскольку эти центры периодически отставали от событий и ошибались. Прибавьте к этому землю, которую следовало выровнять, - и обстановка быстро переставала быть определенной.

В-шестых, как уже отмечалось, во время операции на Кюсю пользы от радаров в бесконечных горных ущельях не было практически никакой. Попытки БВП Пятой флотилии создать барьер на полпути к острову предпринимались в основном ими самими, поскольку они периодически оказывались вне прямого контакта с дозорами, посланными проверять контрольные пункты. Заградительный патруль на отрезке в 120 миль шириной - между Кюсю и Амакуса-Шото, островом, лежащим немного западнее, - был способен лишь отыскать и отразить сравнительно небольшой процент атакующих, идущих через горы; этот процент сокращался еще [360] больше в районах с умеренным облачным покровом. Как оказалось, операция 'Маджестик' была начата, когда погодные условия были идеальными для целей японцев - и, могу добавить, то же самое было бы верно для 'Коронета'. Облачный покров, от умеренного до плотного, простирающийся на 3000-7000 футов, не только обеспечивал прикрытие низко идущим самолетам на подходе к местам высадки десанта. Опытные японские пилоты, высматривавшие в море авианосцы с большой высоты, также обнаружили, что облака служат хорошей защитой от наводимых радарами БВП, не будучи при этом серьезной помехой для управления самолетом.

И последнее - возможно, самое важное. Сравнительно небольшое число летчиков-самоубийц прорывались к легкоуязвимым транспортам у Окинавы из-за естественного стремления неопытных летчиков спикировать на первую увиденную мишень. В результате радиолокационные дозоры принимали на себя удары множества камикадзе до того, как им удавалось достичь зоны высадки. Это влекло за собой ужасные потери, даже если эсминцы имели свои собственные БВП и их поддерживали ДС и LSM в качестве канонерских лодок. Эти корабли были излюбленными мишенями камикадзе; обстоятельства и местность благоприятствовали достижению их главной цели - уничтожению возможно большего числа американских солдат.

Хотя все это должно казаться великолепным примером суждения задним числом, я уверен, что мы смогли бы предвидеть такой ход событий, если бы наше внимание не усыпило отсутствие нападений с воздуха в месяц, предшествовавший проведению 'Маджестик'. Многие из нас просто не представляли себе, как японцы могли терпеть такие нападения с воздуха, не предпринимая ничего в ответ. Очень немногим приходило в голову, что они просто выжидают, чтобы подманить нас поближе. Следующий вопрос' [361] .

'Сэр, не было ли это связано также и с тем, что мы не обеспечили поставки крови перед высадкой?'

Вопрос молодого капитана касался одной им самых болезненных тем. Пять ТДК (Н){220} по одному па каждый плацдарм, были устроены как центры распределения плазмы и крови, нужной раненым на берегу.{221} Еще до того как первые десантные катера достигли берега, один из этих центров был ввергнут в преисподнюю, а другой затоплен утром 'дня X'. Для многих тысяч раненых это стало катастрофой. Плацдармы высадки, лишившиеся запасов крови, не могли получать помощь с оставшихся трех 'госпиталей' - количество раненых в зонах дежурства этих кораблей было огромным. Хотя и трудно было производить точный подсчет, но число умерших от ран, чью смерть можно было бы предотвратить своевременным вливанием крови - если бы ее банк не был сокращен наполовину, - достигло 4100 человек. Срочный груз из Центрального банка крови на острове Гуам был отправлен с Окинавы эсминцем; корабль направился прямо к эскорту авианосцев (Кюсю) с торпедными бомбардировщиками 'Эвенджер' на борту. Этот груз, вместе с кровью, пожертвованной моряками, способствовал тому, что ко 'дню Х+4' положение стабилизировалось.

'Хранение продуктов крови - сложное дело. Это ценный - и весьма скоропортящийся - продукт, который требует хранения и распределения в холодильных камерах. Система распределения крови на Кюсю была весьма разумной в свете этих требований и прошлого опыта{222}. Специалист по поставкам крови из штаба Макартура указывал на уязвимость этой системы, но при нехватке необходимых средств никакие изменения не были возможны'.

Даже сам Тернер понимал, что его ответ звучал так, как если бы он был написан сотрудником пресс-службы, и быстро перешел к следующему вопросу, указав на офицера в третьем ряду, который уже дважды поднимал руку [362] .

Операции-ловушки

'Сэр, имея все корабли, которые мы построили за время войны, почему мы не создали ложную флотилию для вторжения? Почему мы не приложили больших усилий, чтобы выманить их самолеты и добраться до них?'

Адмирал ответил не сразу; сначала он бросил взгляд на непроницаемое лицо Спрюэнса, сидевшего слева от него. Были ли это мысли самого капитана или он вычитал их из газет, в которые из-за закрытых дверей необъявленных заседаний с участием Тернера, комитета Тафта - Дженнера начинали просачиваться упоминания о тщательно разработанной, но не осуществленной ложной операции? В зале была мертвая тишина; адмирал оглянулся и глубоко вздохнул. Присутствующие - ветераны - заслуживали того, чтобы получить ответ.

'Некоторые ложные операции разрабатывались до 'Маджестик'{223}. Они носили кодовое название 'Пастель' и были разработаны по образцу успешных операций 'Бодигард' ( 'Гвардия'), которые проводились против нацистов и даже после высадки в Нормандии. Во время этих операций значительные германские силы удерживались вдали от Франции - в Норвегии и на Балканах; хорошо оснащенную армию к северу от района высадки удерживали от боевых действий до тех пор, пока ее вмешательство не перестало иметь смысл{224}. Отвлекающие операции такого типа были особенно эффективны в Европе с ее разветвленной сетью автомобильных и железных дорог, но оказывались тратой времени в борьбе с Японией. Все они предполагали стратегическую подвижность, которой не обладали высшие японские формирования - корпуса и армии - и которую еще больше снизила наша собственная воздушная кампания против главных островов - она, по сути дела, приморозила эти формирования к месту. Большие броски могли осуществляться [363] только подивизионно и только со скоростью, на которую были способны солдатские ноги. Успех блокады также сделал отвлекающие операции против Формозы и Шанхайской зоны ненужными.

Японцы сами рано это осознали, и их оборонная система призыва и обучения в последний год войны была переориентирована на обучение и размещение боевых дивизий локально, чтобы свести к минимуму продолжительные наземные передвижения{225}{*43}.

Тернер видел, что некоторые студенты сомневаются в его комментариях и хотят знать, не собирается ли он уйти от ответа.

'Коротко говоря, - продолжил он, - мы потратили слишком много времени и энергии, пытаясь удержать японцев от того, что (как знали и мы, и японцы) они никак не могли сделать. Что касается конкретно вашего вопроса: в мае прошлого года я и адмиралы Спрюэнс и (Марк А.) Митшер, были сменены Биллом Хэлси и его командой и могли начать планирование высадки на Кюсю. Я жалел, что не смогу довести до конца дело на Окинаве, но операция 'Айсберг' должна была закончиться через сорок пять дней, и, поскольку Пятая флотилия адмирала Спрюэнса была выбрана для осуществления контроля на Кюсю, который тогда назывался 'Олимпик', планирование больше нельзя было откладывать{226}.

Наша работа велась на Гуаме; было учтено все, чему мы научились на Окинаве. Мой вывод состоял в том, что достаточно активные атаки камикадзе могут настолько помешать высадке, что яростное сопротивление нашим ослабленным войскам поставит под угрозу [364] график постройки аэродрома. Четыре месяца были признаны самым малым сроком, необходимым для постройки базы и последующей огневой обработки перед высадкой наших войск в районе Токио. Это в свою очередь следовало сделать до весеннего сезона дождей, когда использование наших переведенных из Европы бронетанковых дивизий по долине Канто - или Токио - станет невозможным{227}. Десантники должны были начинать операцию бегом, и от нас зависело, чтобы они при этом были в возможно лучшей форме. Мы предлагали то же самое, что предложили вы: сформировать флотилию - флотилию-пустышку, без людей, без техники, - которую сопровождало бы обычное прикрытие, но с переорганизованными воздушными группами, с преимуществом 'Хеллкэтов' и 'Корсаров'{228}.

Необходимо было, чтобы это выглядело правдоподобно, особенно с воздуха. Ложные атаки на Окинаве, которые мы считали весьма убедительными, не оказывали никакого видимого влияния на ход операции{229}. Более того, разведка выяснила, что японцы ожидают от нас подобных действий; мы подсчитали, что нам придется задействовать 400 кораблей, не считая эскорта, чтобы обеспечить достаточно убедительную картину{230}. Штурмовые корабли и группы бомбардировщиков построятся у многочисленных плацдармов высадки. Мы будем соблюдать обычный порядок действий: интенсивный радиообмен; исходный рубеж; массированный артобстрел. Все это, конечно, займет (некоторое) время, и японцы нас хорошо рассмотрят. Они рассудят, что это - реальная сила, потому что так оно и было на самом деле - минус полуторамиллионное войско! Они поднимут тысячи самолетов, чтобы напасть на нас; мы сможем сосредоточить практически всю авиацию рядом с секторами Нагоя (юг центральной части Хонсю) - Кюсю и сбить их. Произойдет утечка информации. Мы потеряем корабли и много хороших матросов. Но в конце дня - точнее, трех дней - мы бы вышли из боя [365] .

Японцы, безусловно, поверят, что они успешно противостояли нашему вторжению. Тем временем те же самые и другие корабли будут находиться на Окинаве, Лусоне, Гуаме, готовясь к настоящему удару. Мы должны были вернуться на Кюсю уже через две недели; к этому времени у японцев должно было остаться так мало людей, что мы бы с ними легко справились. Подготовка к операции 'Багай' ( 'Рыбачья лодка'){231} была начата в первые дни июня в Перл-Харборе) и на Гуаме'.

Когда Тернер сделал небольшую паузу, сразу взметнулся лес рук. В классе 1947 года собрались решительные люди, и нетрудно было угадать, о чем они думают.

Тайфун 'Луиза' атакует

'Это 'Луиза', - спросил кто-то, - октябрьский тайфун{232}, погубил план?'

'В конечном счете - да. Кризис, который достиг своего пика на Лейте{233}, так и не был преодолен полностью. Существовали обоснованные опасения по поводу того, что, если мы потеряем слишком много во время 'Багай', то окажемся в трудном положении во время проведения 'Маджестик'. Мы решили, что 'Багай' начнется только после того, как определенное количество штурмовых кораблей каждой категории будет выведено из операции. Суда, подобные тем тридцати восьми, которые должны были использоваться как блокшивы в 'Шелковичной' ( 'Малберри') бухте{234}, как нельзя лучше подошли бы для ложной атаки, и, хотя многие были практически брошенными, нам тем не менее было приказано сохранять их для Токио. Мне не нужно напоминать вам, что создание этой искусственной бухты было связано в первую очередь с разработкой атомной бомбы{235} и что мы строили семь уникальных многоподъемных спасательных кораблей двух классов специально [366] для проведения операции по высадке{236}. Получилось так, что четыре из шести этих кораблей, которые прибыли на место военных действий, справились с тайфуном 'Луиза' и были заняты в спасательных операциях почти до Дня благодарения{*44}.

Каждый, кто находится в этом зале, с болью вспоминает катастрофу при Окинаве. Все самолеты, которые могли подняться в воздух, были отправлены на юг (на Лусон), и большая часть была спасена. Плавучим аэродромам (штурмовым кораблям и кораблям, которые должны были подойти к берегу для высадки) повезло меньше. Шестичасового предупреждения оказалось недостаточно. Перемещающиеся грузы в заполненных ТДК отправили на дно шестьдесят один 972-тонный ТДК; сто восемьдесят шесть 1080-тонных LCT получили повреждения, не поддающиеся ремонту; девяносто два 648-тонных LCI{237}; список продолжается{238}. Плюс к этому - полдюжины кораблей 'либерти' (тип грузового судна водоизмещением 10 тыс. тонн, выпуск которых был налажен в 1942{*45} и эсминцев. По крайней мере, в этом Билла обвинить не смогли бы{239}. Этот шторм приобрел мистическое значение в глазах японских военачальников, которые перестали повиноваться императору и захватили управление, когда он попытался капитулировать во время первых четырех атомных атак в августе{240}. Переосмыслив название тайфуна 'Божественный ветер', или 'камикадзе', который сорвал вторжение в Японию в 1281 году, они усмотрели в нем доказательство того, что для них все сложится благоприятным образом. Японцы потеряли промышленную базу в Маньчжурии - туда вошли советские войска, их города лежали в руинах, но [367] японцы еще больше были уверены в том, что мы будем просить мира, если только они не уступят. Если бы у нас было чуть больше времени, наши потери в кораблях - по тоннажу большие, чем при Окинаве, - можно было бы возместить. Но времени не было. Объединенное командование первоначально назначило высадку на Кюсю на 1 декабря 1945 года; начало операции 'Коронет' на токийской равнине Канто было назначено на три месяца позже, на 1 марта того же года. Три месяца.

То, о чем я собираюсь сейчас сказать, - важно, и я вернусь к этой теме через минуту. Чтобы уменьшить потери, в участие в начале операции 'Коронет' были введены две бронетанковые дивизии. Они прибыли из Европы и должны были очистить равнину и отрезать Токио до того, как сезон дождей превратит ее в огромный, наполненный рисом, грязью и водой водоем, который пересекают приподнятые дороги и над которым высятся неровные, хорошо укрепленные предгорья.

Составители плана предусмотрели постройку на Кюсю одиннадцати аэродромов для размещения авиации, которая должна была предварительно подготовить район Токио. Хранилища для бомб и топлива, дороги, причалы и основные сооружения нужны были, чтобы поддерживать эти воздушные группы, а также Шестую армию, которая удерживала заградительную линию на расстоянии трети пути на остров. Все планы сосредоточились на строительстве минимального количества необходимых объектов; постройка аэродромов для тяжелых бомбардировщиков предполагалась не раньше, чем через 90-150 дней после первой высадки на Кюсю{241} - вместо того - чтобы бросить на это все силы. Трудность проведения воздушной кампании была настолько очевидна, что, когда объединенное командование назначило датами высадки на Кюсю и у Токио 1 декабря 1945 года и 1 марта 1946 года соответственно, стало ясно, что трех месяцев будет недостаточно. В конце концов [368] погода определила, график какой из операций окажется измененным. Назначить на более поздний срок 'Коронет' было невозможно - в этом случае время проведения операции приблизилось бы к сезону дождей и возник бы риск серьезных препятствий для всех наземных передвижений, и особенно для движения бронетехники по равнине - из-за залитых полей и воздушной кампании, - из-за того, что слой облаков с начала марта по начало апреля становился почти вдвое плотнее{242}. Воздушный штаб Макартура предложил сдвинуть начало 'Маджестик' на месяц вперед, и оба мои начальника, адмирал Нимиц и объединенное командование, немедленно согласились. Дата начала операции 'Маджестик' была перенесена на месяц вперед, на 1 ноября{243}.

Октябрьский тайфун все изменил. Высадку на Кюсю отложили до 10 декабря - срок, много позже запланированного, неприемлемый и навязанный нам. Начало токийской операции было назначено на 1 апреля - срок, опасно близкий к сезону дождей. У нас был один и только один заход на цель. Никакой 'Ба-гай'. Одна из прекраснейших возможностей войны была упущена'.

Некоторое время новых рук не появлялось: аудитория обдумывала услышанное. Первым тишину нарушил флотский капитан, сидевший во втором ряду: 'Сэр, не рассматривался ли в это время снова вопрос о переходе к стратегии блокады, которую мы, флотские, отстаивали с 1943 года?'

'Хозяин' Тернера, адмирал Спрюэнс, откровенно высказывал свою уверенность в том, что это было бы наилучшим вариантом{244}. Но, как и Тернер, он исполнял приказы с той полнотой, какая была возможна. Тернер знал, что он уже сказал гораздо больше чем следовало о 'Багай', и перешел к завершению.

'Я не могу вам сказать, что отстаивали другие. Могу сказать одно: я выполнял приказы полностью. От себя я мог бы добавить: я уверен, что перемена планов касательно использования атомных бомб во [369] время 'Маджестик' была случайностью. После того как четыре атомные бомбы, упавшие на города, не достигли своей стратегической цели - заставить японское правительство сдаться, был накоплен запас атомных бомб для использования во время вторжения. Хотя первоначально мы не намеревались использовать их так, так они были использованы, - против японских формирований, продвигающихся с северной части Кюсю вниз. Первоначально мы собирались распределить по одной бомбе в зоне каждого корпуса незадолго до высадки'{245}.

По аудитории прокатился вздох, а кое-кто тихо присвистнул: все угадали скрытый смысл сказанного адмиралом.

'Да, - признал Тернер, - человеческие потери, которые мы понесли из-за радиации в центре Кюсю, были достаточно тяжелыми, но они были только частью тех, которые могли бы быть, отправь мы полмиллиона человек прямо на зараженный радиацией плацдарм. А атомная пыль, поднятая во время строительства базы и аэродромов! О последствиях страшно даже подумать! После первых августовских бомбардировок стало ясно, что японцы пытаются извлечь максимум политической выгоды из заявлений о том, что атомная бомба все-таки была более жестоким оружием, чем конвенционые бомбы; она сожгла дотла города с 30-тысячным населением. Сначала их заявления о массовом поражении лучевой болезнью расценивались как чистой воды пропаганда{246}. Однако в течение следующих месяцев стало ясно, что они достаточно правдоподобны для того, чтобы перенацелить бомбы на выгодную цель - после того, как японские соединения с северного Кюсю двинулись на юг, чтобы атаковать наши южные позиции. Японцам надо было собраться всем вместе, прежде чем они могли бы начать контратаку, и тогда-то мы и нанесли удар. Что касается первоначальных зон высадки, то повторяющиеся ковровые бомбардировки, производимые тяжелыми самолетами с Гуама и Окинавы, дали тот же результат, что дали бы атомные бомбы, и, [370] кроме того, крупные бомбардировщики, по существу, перестали быть стратегическими целями задолго до высадки. Ковровые бомбардировки обеспечили их работой (смех).

Японские военачальники были непреклонны, когда атомные бомбы падали на города, но активное применение бомб против солдат - вот что в конце концов толкнуло их за стол переговоров. Да, они переменили тон, когда столкнулись с перспективой потерять свою армию без 'благородного' сражения, - но так же поступили и мы, когда стало окончательно ясно, что во время перевозки подкреплений избежать жертв не удастся'.

Тернер посмотрел на генерала Смита - 'безумного Хаулиня' - и продолжил: 'Сегодня в этом зале присутствует человек, который помнит окопы Первой Мировой. Мир, заключенный после той войны, был неполным; это стало причиной того, что ему и детям его друзей пришлось сражаться на следующей войне поколением позже. Мы можем только молить бога о том, чтобы нынешний мир не окончился еще более масштабной, кровавой, может быть, атомной войной с императорской Японией в 1965 году. Спасибо'.

Реальность

Попытка переворота, предпринятая в Японии силами, не желающими сдаваться, была подавлена верными императору Хирохито войсками, и японскому правительству удалось официально капитулировать до вторжения на главные острова. Оккупационные силы на Кюсю были поражены масштабом оборонительных сооружений, устроенных точно на местах высадки. Военное правительство США наконец избавилось от 12 735 японских самолетов.

9-10 октября 1945 года тайфун 'Луиза' обрушился на Окинаву. К счастью, операция 'Маджестик' была отменена за несколько месяцев до него. В [371] наличии осталось значительно меньшее количество штурмовых кораблей, чем если бы вторжение было неизбежно, и 'всего' 145 судов было затоплено или повреждено настолько, что спасти их было невозможно [372] .

{172} George Carroll Dyer. The Amphibians Came to Conquer: The Story of Admiral Richmond Kelly Turner. Washington: U.S. Navy Department, D.C., 1972. P. 1109.
{173} John B, Hattendorf, B, Michael Simpson III, and John R. Wadleigh. Sailors and Scholars: The Centennial History of the Naval War College. Rhode Island, Newport: Naval War College Press, 1984. P. 329.
{174} Dyer. Указ. соч. С. 1118-1119.
{175} Там же. С. 1117.
{176} Объединенный комитет начальников штабов назначил в качестве 'дня Икс' - даты высадки - 1 декабря 1945 года (операция 'Олимпик', впоследствии 'Маджестик'), а в качестве 'дня Игрек' - 1 марта (операция 'Коронет')
{177} Thomas В. Buell. The Quiet Warrior: A Biography of Admiral Raymond A. Spruance. Annapolis: U.S. Naval Institute Press, 1987. P. 417-418.

{178} Samuel Eliot Morison. History of United States Naval Operations in World War II, V. 12: Leyte, June 1944 - January 1945. Boston: Little, Brown, 1958. P. 300-306, 339-349, 354-360, 366-368, 380-385.

{179} M. Hamlin Cannon. Leyte: The Return to the Philippines//The United States Army in World War II [373].(далее USAWWII). Washington: Department of the Army, D.C., 1954, P. 8-9; Samuel Eliot Morison. The Two Ocean War: A Short History of the United States Navy in the Second World War. Boston, Little, Brown, 1958. P. 422-423.
{180} Cannon. Там же. С. 306.
{181} Там же. С. 294-305.
{182} Shelby L. Stanton. Order of Battle, U.S. Army, World War II. Presidio Press, Novato, 1984. P. 112-113.
{183} Cannon. Указ. соч. С. 92-94, 99-102.
{184} Там же. С. 306-308.
{185} Там же. С. 365-367.
{186} Операции ВВС США вроде недавней 'Скад Хант' во время Войны в заливе показывают, что в целом это не так просто, как полагают некоторые.
{187} Хаттори Такусиро указывает количество японских аэродромов на главных островах, включая строившиеся и девяносто пять скрытых, как 325. Цифры взяты из Hatton. The Complete History of the Greater East Asia War. V. 4. Tokyo: 500th Military Intelligence Group, 1954. P. 165. Daitoa Senso zensht. V. 4. Tokyo: Masu Shobo, 1953.
{188} Hatton. Указ. соч. С. 234. Хаттори заявляет, что пятьдесят восемь военно-морских и два армейских самолета были уничтожены на земле. Дым и маскировка сделали невозможной для США точную оценку; Морисон называет ее 'неопределенной'. Samuel Eliot Morison. History of United States Naval Operations in World War II. V. 14. Victory in the Pacific, 1945. Boston: Little, Brown, I960. P. 100.
{189} Oil in Japan's War Report of the Oil and Chemical Division, United States Strategic Bombing Survey, Pacific [в дальнейшем USSBS]. Tokyo, 1946. P. 87-89 ( 'Нефть в японской войне: доклад нефтехимического [374] подразделения, обзор стратегических бомбардировок США' - здесь и далее USSBS).
{190} См.: Rikihei Inoguchi, and Tadashi Nakajima. The Divine Wind Japan's Kamikaze Force in World War II. Annapolis: U.S. Naval Institute Press, 1958. P. 81-82., где говорится о высоком качестве исполнения ложных объектов при плохом техническом обеспечении. Качество самолетов-обманок в значительной мере зависело от расположения, но даже простенькие конструкции из соломы и ткани были весьма эффективными, поскольку у американских пилотов во время налета было слишком мало времени, чтобы подробно рассматривать, что стоит на земле.
{191} В мае 1945 г. США подсчитали, что количество самолетов, готовых к действию, ко времени высадки возрастет с 6700 до 7200. Однако это количество уменьшилось до 3300 и составило 10 500 самолетов; враг собирался ввести их в бой во время первой стадии высадки - по ббльшей части как камикадзе. После войны оккупационные власти обнаружили, что количество самолетов, которые могли бы принять участие в военных действиях, на главных островах - более 12 700 (см.: MacArthur in Japan: The Occupation Military Phase//V. 1 Supplement, Reports of General MacArthur. Tokyo, General Headquarters, Supreme Allied Command, Pacific, 1950. P. 136; Hatton. Указ. соч. С. 174..
{192} Там же. С. 191
{193} Inoguchi and Nakajima. Указ. соч. С. 25-26.
{194} Saburo Sakai with Martin Caidin and Fred Saito. Samurai. New York: Bantam Books, 1978. P. 254-256, 263.
{195} Inoguchi and Nakajima. Указ. соч. С. 58-59. Sakai. Указ. соч. С. 294-295.
{196} D. M. Giangreco. The Truth About Kamikazes// Naval History, May-June 1997. P. 28. [375]
{197} COMINCH Р-0011, Anti-Suicide Action Summary, August 31, 1945. P. 20.
{198} Buford Roland, and William В Boyd. U.S. Navy Bureau of Ordnance in World War II. Washington, U.S. Navy Department, D. С , 1955. P. 245-247.
{199} Там же. С. 267-268.
{200} Anti-Suicide Action Summary. P. 21 Confidential Information Bulletin № 29//Anti-Aircraft Action Summary, World War II. COMINCH, October 1945.-об орудиях, вооружении и управлении огнем.
{201} Inoguchi. Указ. соч. С. 85-91
{202} Боевой рапорт эсминца 'Кемберли' (класса 'Флетчер'), DD-521. 25 марта 1945 г., цитируется по: Richard O'Neill. Suicide Squads Axis and Allied Special Attack Weapons of World War II, their Development and their Missions. New York: Ballantine Books, 1984. P. 164-165.
{203} Миниатюрное радиоустройство, которое автоматически взрывало снаряд, пролетающий около своей цели.
{204} Samuel Eliot Morison. History of United States Naval Operations in World War II.//V. 13. The Liberation of the Philippines, Luzon, Mindanao the Visayas, 1944-1945. BostonZ/Iittle, Brown, 1959. P. 58.
{205} О некоторых высших членах штаба Нимица см.: Joint Staff Study, OLYMPIC, Naval and Amphibious Operations. CINCPAC 5. Исправленный, по меньшей мере, до 8 июля 1945 года, он отражает донесения разведки, связанные с приведенным ответом и утверждающие, что атаки США 'послужат сокращению воздушных сил противника до относительно невысокого уровня' ко времени высадки, назначенной на 1 ноября. Тем не менее из оценки, данной 15 августа 1945 года, явствует отчетливое понимание того, что японцы будут использовать камикадзе. [376]

{206} Oil in Japan's War. USSBS. P. 40-41.

{207} Interrogations of Japanese Officials. V. 2. USSBS, P. 508.
{208} Oil in Japan's War. USSBS. P. 68, 88.
{209} Hatton/Указ. соч. С. 166.
{210} Joint Staff Study, OLYMPIC//Naval and Amphibious Operations. CINCPAC, May 1945, Annex 1 to Appendix C, June 18, 1945, и Staff Study. Operations OLYMPIC. General Headquarters USAFP, April 23, 1945. P. 13 and map 8.
{211} Там же.
{212} See CINCPAC map 'Appendix 35, Provisional Layout of Fighter Defense' in Report on Operation 'OLYMPIC' and Japanese Counter-Measures, part 4, Appendices by the British Combined Observers (Pacific), Combined Operations Headquarters, August 1, 1946.
{213} Bemis M Frank and Henry I Shaw Jr. History of U.S. Marine Corps Operations in World War II. V. 5 Victory and Occupation. Washington, U.S. Marine Corps, Historical Branch, D С , 1968. P. 187, 671; Robert Sherrod. History of Marine Corps Aviation in World War II. Bomta, Presidio Press, 1980. P. 385-386. На поддержку пехоты было выделено 704 из 4841 самолетов с 7 апреля по 3 мая. Прикрытие эскортных авианосцев и мест высадки, защита этих районов от камикадзе была первоочередной задачей:
{214} См.: Amendment № 1 to G-2 Estimate of Enemy Situation with Respect to Kyushu G-2, AFP AC, July 19, 1945//The Campaigns of MacArthur in the Pacific. V. 1. Reports of General MacArthur. Tokyo: General Headquarters, Supreme Allied Command, Pacific, 1950. P. 414-418; Edward № Drea. MacArthur's Ultra Code-breakmg and the War Against Japan, 1942-45. University Press of Kansas, Lawrence, 1992. P. 202-225. [377]
{215} Наиболее полное исследование этого вопроса проведено Альбитом Д. Куксом незадолго до его смерти. См.: Needless Fear. The Compromise of U.S. Plans to Invade Japan in 1945//Journal of Military History, April 2000. P. 411-438.
{216} Там же; см. также: Hatton. Указ. соч. Р. 185-187; также Соох. Japanese Military Intelligence in the Pacific Its Non-Revolutionary Nature. The Intelligence Revolution A Historical Perspective. Washington: Office of Air Force History, D. С , 1991. P. 200.

{217} Hatton, Указ. соч. Р. 171-174, 183, 191.

{218} См.: CINCPAC, map 'Appendix 36, Radar Build Up'. Report on Operation 'OLYMPIC and Japanese Counter-Measures, part 4.
{219} He было таких обстоятельств, при которых адмирал Тернер хотя бы упомянул (не говоря уже о деталях) американские расшифровки японских радиопередач иначе как о 'коммуникационной разведке', которая включает различные методы проникновения в намерения врага. См.: Drea. Указ. соч.
{220} 'Н' - знак корабля-госпиталя. Это были танко-десантные корабли, превращенные в корабли для оказания первой помощи и эвакуационных нужд.
{221} Douglas В Kendnck. Medical Department, United States Army Blood Program in World War II. Washington, Office of the Surgeon General, D. C, 1964. P. 639-641.
{222} Там же. С. 633-639.
{223} Thomas M Huber. Paste: Deception in the Invasion of Japan. Fort Leavenworth, Combat Studies Institute, 1988.
{224} Anthony Cave Brown. Bodyguard of Lies, V. 2. New York: Harper & Row, 1975. P. 900 и 904.
{225} Military Research Bulletin, № 19, July 18, 1945. P. 1-3 ; также Amendment № 1 to G-2 Estimate of [378] Enemy Situation with Respect to Kyushu. G-2, AFPAC, July 29, 1945.
{226} Адмирал Нимиц уже был обеспокоен тем, что напряжение продолжающихся боевых операций может не лучшим образом отразиться на старших командующих Пятой флотилией. Об обеспокоенности Нимица усталостью см. также: Buell. Указ. соч. Р. 391-393. Независимо от того, были ли эти страхи обоснованными или нет, биограф Е.Б. Поттер категорически утверждает что они были причиной перемен. См.: Е.В. Potter. Nimitz. Annapolis: U.S. Naval Institute Press, 1976. P. 456.
{227} D.M Giangreco. Operation Downfall. The Devil Was In the Details. Joint Force Quarterly, Autumn 1995. P. 86-94.
{228} О '400 кораблях' следующего абзаца. См.: Lewis M Walker. Deception Plan for Operation OLYMPIC//Parameters, Spring 1995. P. 116-157.
{229} Hatton. Указ. соч. Р. 124. Frank and Shaw. Указ. соч. Р. 51, 107.
{230} Walker. Указ. соч. Р. 116-117.

{231} Название вымышлено.

{232} 9 октября 1945 года тайфун, летевший со скоростью 140 миль в час, обрушился на Окинаву. Эта ключевая область должна была быть приведена в полную готовность к этому числу, если бы война не закончилась в сентябре. Даже в это время район был забит самолетами и штурмовыми судами, большинство которых было уничтожено. Американские аналитики на месте докладывали, что шторм мог бы стать причиной сорокапятидневной задержки высадки на Кюсю. Обзор повреждений см.: Samuel Eliot Morison. History of United States Naval Operations in World War II, V. 15. Supplement and General Index. Boston: Little, Brown, 1962. P. 14-17 [379].
{233} Robert W. Coakley and Richard M Leighton. The War Department Global Logistics and Strategy, 1943-1944//USAWWII. Washington: Department of the Army, D. C, 1968. P. 551-562. Cannon. Указ. соч. P. 6-7, 34, 38, 276.
{234} Staff Study, Operations, CORONET, General Headquarters US AFP, August 15, 1945, Annex 4, Basic Logistic Plan, Appendix H.

{235} Ray S. Clme. Washington Command Post // The Operations Division in USA WWII. Department of the Army, Washington, D.C., 1954. P. 348.

{236} Charles A. Bartholomew. Mud, Muscle and Miracles//Marine Salvage in the United States Navy. Washington, Department of the Navy, D.C., 1990. P. 449-451.
{237} LST - танкодесантный корабль, 1625 т; LCT - танковое десантное судно, 143 т; LCI - пехотно-десантное судно, 209 т; LCS (упоминается в другом месте) - 246 т.
{238} Всего штурмовых-судов, см.: Dyer: Указ. соч. С. 1105. См. также: Morison: Supplement: P. 14-17.
{239} Относится к двум более ранним тайфунам, серьезно повредившим флоту под командование адмирала Хэлси. 18 декабря 1944 года тайфун опрокинул три эсминца и искалечил семь других кораблей. Тайфун унес около 800 жизней; 186 самолетов были сдуты за борт. 5 июня 1945 года тайфун вывернул 300 футов носа тяжелого крейсера; серьезно повредил тридцать два других корабля, в т. ч. один эскортный и два больших авианосца, которые потеряли часть взлетных палуб, а также стал причиной потери 142 самолетов. Полностью см.: Е.В. Potter. Указ. соч. С. 423, 456.
{240} Попытка переворота, предпринятая офицерами, настаивавшими на продолжении войны, упоминалась во многих работах, но главным документом, на котором [380] основаны все сообщения был Japanese Operations in the Southwest Pacific War. V. 2, part 2: Reports of General MacArthur. P. 731-740. См. также: Sadao Asada, The Shock of the Atomic Bomb and Japan's Decision to Surrender//A Reconsideration. Pacific Historical Review 67, November 1998. P. 477-512, о настоятельном желании японских офицеров среднего и высшего рангов продолжать войну во что бы то ни стало. Иную точку зрения см.: Herbert P. Bix. Hirohito and the Making of Modern Japan. New York: Harper Collins, 2000. P. 519.
{241} См.: CINCPAC. Appendix 43, Air Base Development//Report on Operation OLYMPIC and Japanese Counter-Measures, part 4; Staff Study. Operations CORONET, annex 4, appendix С
{242} G-2. Estimate of the Enemy Situation with Respect to an Operation Against the Tokyo (Kwanto) Plain of Honshu, General Headquarters USAFP, G-2. General Staff, May 31, 1945, section 1-2, 1.
{243} Reports of General MacArthur. V. 1. P. 399.
{244} Buell. Указ. соч. Р. 394-396; Dyer. Указ. соч. Р. 1108.

{245} Larry I. Bland (ed.). George C. Marshall Interviews and Reminiscences for Forrest C. Pogue. Lexington: George С Marshall Foundation, 1996. P. 424.; Larry I. Bland (ed.). George С Marshall Interviews and Reminiscences for Forrest C. Pogue. Lexington, George C. Marshall Foundation, 1996. P. 424. См. также: D.M. Giangreco. Casualty Projections for the Invasion of Japan, 1945-1946: Planning and Policy Implications//Joumal of Military History, July 1997. P. 521-582.

{246} 2605. section 3. Japanese Propaganda Efforts. Headquarters United States Army Forces Middle Pacific. November 1, 1945. P. 70-71.
{*43} Имея крупные населенные пункты в пределах легкого маршевого перехода от округа, находящегося под угрозой, они в самом деле могли бы преуспеть. Наиболее примером из нашей собственной истории могли бы быть минитмены (воин-ополченец времен Войны за независимость. Название связано с тем, что каждый член отряда должен был постоянно находиться в состоянии минутной боевой готовности. - Прим. перев.
{*44} Последний четверг ноября. - Прим. перев.
{*45} Впервые строительство судов было поставлено на конвейер. Сроки строительства от закладки киля до спуска на воду сократились до четырех с половиной дней. За 212 дней 1945 года было построено 247 судов этого типа. Они обеспечивали поставки военных и гражданских грузов. - Прим. перев.
Победа Восходящего Солнца / Сост. и ред. Цурос П. - М.: АСТ, 2004. - 476 с. ( 'Военно-историческая библиотека'). Тираж: 5000 экз.
Свежие материалы
ВВЕРХ