Офигенный сайт Инотон Новосибирск
Февраль
2012 (7520)
alternativa.lib.ru > Альтернативная история
> Футурология
Все материалы
Александр Македонский не умер тогда
Поликарпов В. С.
Историю каждой цивилизации следует рассматривать как часть истории мировой цивилизации, 'погруженной' в пространственно-временной континуум. Такой подход дает возможность учесть неосуществленные сценарии локальной цивилизации, чья реализация могла изменить ход истории человечества. В этом плане наибольшее значение придается смерти Александра Македонского в 323 году до н. э. в Вавилоне. Он мог и выжить, если бы слушался советов врачей. Каковы были бы последствия этого? Не будучи в состоянии поставить такой эксперимент в реальности, А. Тойнби осуществил мысленный эксперимент. Он исходил из того, что именно конструирование и исследование возможных альтернатив реального исторического события позволяет проникнуть в его сущность по принципу: 'Видя чужие страны - начинаешь лучик - понимать свою'. Одним из сценариев такого рода мысленного эксперимента и является статья А. Тойнби 'Если бы Александр не умер тогда...', в которой описана цепочка не состоявшихся последовательных событий. В отличие от утверждения, что 'это - фантастика, игра ума, но, пожалуй, игра полезная' [175,40], здесь есть вполне реальный смысл. Ведь самые невероятные, фантастические конструкции могут осуществиться на практике, превратиться в действительность, о чем свидетельствует история. Достаточно вспомнить различного рода социальные утопии, воплощенные в жизнь, например, третий рейх Гитлера, государство Пол Пота и т. д. Итак, в жаркий июнь 323 г. до н. э. в Вавилоне Александр Македонский заболел малярией, что опасно для его сверхчеловеческого образа жизни. Божественный Александр, сын Зевса и властелин мира, занимался постоянно возведением грандиозного здания империи, прерываясь лишь сном, едой и буйными пирами. Но теперь тело 33-летнего богатыря сотрясают приступы малярии; во время его болезни срочные дела решает государственный совет, состоящий из эллина Эвмена и македонских полководцев Пердикки и Птолемея: 'Если этот бог теперь умрет, империя останется без власти и взорвется' [187, 39].

Через два месяца Александр Македонский выздоровел, его жена Роксана родила ему сына - будущего Александра IV, который взошел на престол лишь через 36 лет, начинает А. Тойнби описывать один из неосуществленных сценариев мировой цивилизации.

После болезни Александр Македонский понял необходимость для успешного функционирования мировой империи добротных коммуникаций, дорог. Самые же лучшие тогда дороги были морскими, поэтому он осуществил задуманную морскую экспедицию в Египет через Бахрейн, вокруг незнакомой еще Аравии. Потребность в удобном водном пути от Эллады до Индии заставляет его возобновить построенный при Дарий канал через Суэцкий перешеек; при этом искусные финикийцы-мореходы по приглашению царя заселяют острова Персидского залива. Затем решается целый ряд проблем, без которых невозможно существование мировой эллинистической державы. Вместо того, чтобы построить себе гробницу, наподобие пирамиды, Александр Македонский строит в Александрии достаточно пышную гробницу и одновременно учреждает Академию наук и искусств - будущий культурный центр его государства. Ведь Александрия на Ниле находится в центре империи, посреди великого морского пути Восток - Запад, она является главной столицей мирового государства.

Далее получает разрешение финикийский вопрос: финикиянам-мореходам предоставляются крупные льготы и оказывается помощь в восстановлении разрушенного в начале персидского похода Тира. Чтобы сделать финикийцев заинтересованными участниками дальнейшего расширения империи, Александр Македонский организует под своей гегенонией конфедерацию финикийских городов. Она подобна созданному его отцом Филиппом конфедерации - Коринфского союза городов Эллады. Этой новой конфедерации дана монополия морской торговли на всем Востоке, взамен требуется строительство финикийцами торговых факторий и городов-колоний с последующим их включением в союз. Таким путем уничтожается конкуренция: эллины господствуют в Средиземноморье, а финикийцы - на Востоке. Поэтому последние прощают Александру Македонскому и разгром Тира, и завоевание в скором будущем Карфагенской державы, основанной тирянами. Финикийцы довольны, и так как им не хватает людей (в Финикии всего шесть крупных городов), то они вербуют сородичей из племен, живущих в глубине Сирии. Для установления контроля над путями через пустыню между гаванями вдоль Великого морского пути они берут в аренду дороги у местных кочевников (сабеев, набатеев, иудеев), втягивая их таким образом в экономичес-куго орбиту империи. Местные племенные боги-например, Яхве -входят в общий пантеон, вроде эллинского, и теряют свою агрессивность.

Еще раньше, в 321 г. до н. э., Александр Македонский наводит порядок в Элладе и вообще на севере, где старый верный Антипатр едва предотвратил общегреческое восстание, когда слух о смерти царя достиг Эллады. И в Малой Азии Антигон малыми силами, проявляя полководческое искусство, защищает от местных вельмож-сепаратистов единственный прямой путь из Македонии в Вавилон. Царь отправляет из Македонии всех боеспособных людей на помощь Антигону, тот умиротворяет Северную Персию вплоть до Кавказа.

Наряду с этим Александру Македонскому приходится улаживать семейные дела, имеющие политический характер, ибо в них замешана царица-мать Олимпиада. Он десять лет Не был на родине, а его мать - энергичная и беспредельно Деспотичная женщина. Старик Антипатр уже не может выносить ее вмешательств в дела управления страной и поставил ультиматум: либо он, либо Олимпиада. Поэтому1 цари-цу-мать деликатно, под предлогом поддержания ее здоровья отправляют на благодатный остров Сокора в Индийском океане. Ее сопровождает несколько сот престарелых македонских ветеранов, привыкших к теплым краям.

В это же время хитроумный Птолемей в Сицилии подготовил плацдарм для нападения на Карфаген. Он от имени Александра Македонского предложил сицилийским грекам объединиться в конфедерацию типа Коринфской или Финикийской и вместе с македонцами изгнать из Сицилии карфагенян, владеющих одной третью острова. Попутно Птолемей заметил здесь талантливого и честолюбивого молодого военачальника Агафокла и пригласил его в 'питомник гениев' - генеральный штаб царя.

В итоге сицилийская и африканская кампании Александра Македонского увенчались успехом: Карфагенская держава была покорена, подобно Тиру. Царь образовал из городов завоеванного Карфагенского государства Утический союз, который занялся торговой и колонизаторской деятельностью к западу от Геркулесовых столпов. Вскоре западные финикийцы повторили подвиг своих предков, обогнувших Африку с востока на запад во времена фараона Нехо II: ныне они обогнули ее в обратном направлении и установили прочную морскую связь со своими сородичами, плавающими в Индийском океане.

Завершая в Иберии (Испании) освоение карфагенского наследия, царь обращает свои взоры на Италию, где давно идет война всех против всех. Здесь сложилась такая ситуация, что не о победе мечтают, а о том, чтобы уцелеть, не попасть в рабство... Так рассуждают и греки-колонисты на юге полуострова, и коренные италийцы - латины, умбры, вольски; даже грозные этруски перешли к обороне. Только Самний и Рим спорят из-за гегемонии, причем пока шансы на стороне Самния. Поэтому Александр Македонский выступает в роли миротворца и посылает в Италию Птолемея.

Тот переманивает на сторону великого царя жителей греческих полисов-колоний и ведет переговоры с Римом, управляемым отличными, неукротимыми, хладнокровными и изобретательными политиками. Римскому сенату Птолемей сообщает предложения Александра Македонского: за Римом остаются все его владения и союзники, после победы над Самнием Рим получает немалую часть земель и союзников побежденного, гарантируется нерушимость союза римлян и этрусков. Все же прочие города Северной Италии и греческие полисы на юге получают независимость и свободу объединения в конфедерацию под гегемонией великого царя, а римляне становятся его наместниками в Италии. Римский сенат соглашается с подобными предложениями, ибо ничего лучшего Рим не добьется10.

Перенаселенные полисы Эллады охотно отдают в помощь Александру Македонскому крупные отряды вслшов-добро-вольцев, завороженных прекрасной землей Самния. Кампания 317 года до н. э. осуществляется весьма быстро - Сам-ний окружен македонско-римскими войсками и разгромлен. В результате установлено безраздельное господство царя на Западе. Однако после победы в Италии скопился взрывной материал - обездоленные самниты, бруттии и дикие храбрецы-оски, хорошо владеющие и плугом, и мечом. Его необходимо вывезти, но куда?

Лучший способ завоевать доверие побежденного противника - взять его в союзники против нового врага, а таковым являлась еще непокоренная большая часть Индии. Все предпосылки для завоевания этого громадного субконтинента у Александра Македонского есть: множество незанятых солдат, закаленных в ходе италийских распрей и готовых идти за непобедимым царем куда угодно, полная царская казна, ибо налоговый механизм в империи уже функционирует исправно, в Индии создана 'пятая колонна' из сторонников македонского властелина, во главе которой стоит Чандра-гупта.

В 315 году до н. э. Чандрагупта сообщает Александру Македонскому, что все готово к завоеванию Индии. За один год финикийский флот через уже действующий Суэцкий канал перевозит всю армию великого царя к западной границе Магадхи -крупнейшему индийскому царству. В дело вступила тайная армия Чандрагупты, и кампания, возглавляемая самим царем со своим крупным полководцем Селевком, продолжалась не так уже долго. Затем Селевк разгромил отчаянно сопротивляющееся царство Калинга. и все остальные индийские государства признали власть Александра Македонского. Наместником Индии назначается Селевк, а Чан-драгупте предлагается пост наместника в еще не завоеванных царствах Напата и Мероэ, расположенных в верховьях Нила и похожих на Индию.

Александр Македонский возвращается в основанную им столицу и думает о дальнейшем. Ведь в его руках уже весь цивилизованный мир; завоевание варваров и приобщение их к культуре -удел не божественной личности, а деятелей типа Чандрагупты, совершенствование управления империей является чиновничьим делом. Что же ему делать? Пока царь занят этими меланхолическими размышлениями, в Индии начинает разворачиваться процесс, который значительно изменит культурный лик Ойкумены, подобно политическому преобразованию благодаря войнам Александра Македонского. Дело в том, что впервые эллины встретились с буддистами; впрочем, они еще не осознали того поистине колоссального по своему значению факта, что здесь мировая держава встретилась со своей мировой религией. Тогда буддизм был единственной мировой религией. Она не ограничена этническими рамками, требует от своих приверженцев только стремления к самосовершенствованию (и ничего другого), не посягает на прерогативы светской власти и очень терпима к местным верованиям (она не объявляет их заблуждением, а рассматривает как различные пути достижения общего идеала - нирваны). Лучшие умы Эллады могут освоить всю глубину' буддизма и модифицировать, сделать его учение доступным для рядовых эллинов. Около 300-го года Эпикур и Зенон - достойные наследники Сократа - создают в Афинах две школы, в которых преподают разные варианты 'западного буддизма'. Происходит культурное объединение Ойкумены, Афины возвращают себе статус духовного центра Средиземноморья.

Александру Македонскому не до этого, так как от греков-колонистов из Северного Причерноморья он получил известия о существовании далеко на востоке, в другом конце Великой Степи, большой страны со своей особой цивилизацией, не похожей на эллинскую, персидскую или индийскую. Царь воспрянул духом - ему, сыну Зевса, нужно выполнить свою задачу до конца, объединить весь культурный мир. Но как же добраться до этой страны со странным названием Чжунго? Разумнее сего отправиться туда от Яксарта (Сыр-дарья) -из северо-восточного угла державы Александра Македонского. Правда, новый поход еще более опасен, чем персидский. Однако божественный долг необходимо выполнять, и царь вновь собирает войско.

В поход идут персы игреки-колонисты Востока, привычные к горам и пустыням; в качестве полководцев избираются Антигон, блестяще проявивший себя в горах Кавказа, и его достойный соперник, молодой сицилиец Агафокл. Весной 311 года до н. э. отборная армия Александра Македонского преодолела Тянь-Шань и узкую часть Гоби и встретила посольство из Чжунго. От него узнали, что население Чжунго гораздо многочисленнее, чем во всей Ойкумене, объединенной великим царем, что там имеется семь царей, ведущих между собой жестокие войны. Посольство, встреченное македонской армией, направлено шестью восточными царствами к племени исседанов, чтобы создать военный союз против седьмого, западного царства Цинь. Последнее стремится уничтожить всех своих соперников так же, как Македония при Филиппе поглотила всю Элладу. Сама Цинь представляет собой как бы двойник Македонии - крепкая варварская держава на горной окраине цивилизованного мира. Она в культурном отношении отстала, но развита в военном и стремится к господству над своей Ойкуменой. Это спасение, что Александр Македонский пришел в Чжунго сейчас, а не через десять лет. В противном случае Цинь успела бы завоевать все восточные царства и объединить всю Чжунго, как Филипп -Элладу. Тогда храбрые воины Цинь численно подавили бы небольшую (по меркам Чжунго) македонскую армию, несмотря на ее лучшее вооружение и выучку.

Александр Македонский заключает фазу союз против Цинь с шестью восточными царствами. Когда летом 311 года вся армия Цинь спустилась на Китайскую равнину, чтобы разгромить войска своих соперников, то накануне решающего сражения она узнала о сожжении своей столицы неведомым врагом, вторгшимся с Запада. Эта весть парализовала боевой дух войск Цинь, и они были полностью разгромлены.

Союзники пришли к решению о полном уничтожении державы Цинь, поэтому ее территория была отдана Александру Македонскому для колонизации иранцами и греками. Царя-избавителя единодушно признали гегемоном конфедерации восточных царств Чжунго; она заключила вечный союз с западной державой Александра Македонского. 'Так было организовано, - пишет в заключении своего сценария А. Тойнби, - дальнейшее сосуществование Запада и Востока: Александр мог считать себя властелином мира, а жители Чжунго при своей многочисленности и культурном единстве не бояться подпасть под реальное владычество западных пришельцев; при этом связи между Чжунго и Ойкуменой через бывшую Цинь крепли год от года' [187, 42]. Еще в Цинь Александр Македонский узнал, что океан омывает восточный край его владений. Поэтому, вернувшись в свое царство, он поручил финикийцам отыскать морской путь из Индии в Чжунго.

Так завершилась блестящая карьера великого сына Зевса - героическая эпоха завоеваний кончилась, царь стал быстро стареть и скончался в 287 году до н. э. в состоянии полного маразма. И многие тогда говорили, что лучше бы ему умереть в расцвете сил - тогда, в Вавилоне.

В противовес этому мнению А. Тойнби пишет следующее: 'Нам -гражданам державы, основанной Александром Великим, - это мнение представляется нелепым. Ведь в таком случае не было бы нашего нынешнего прекрасного мира, которым правит сейчас Александр XXXVI. Нет, нам очень повезло т - и тогда, в Вавилоне в 323 году, и после, когда триумвират министров Александра взял в свои руки всю фактическую работу по управлению империей' [187, 42].

После смерти Александра Великого в империи вспыхнули небольшие беспорядки: дикари-фракийцы разграбили оставленную без гарнизона столицу Македонии Пеллу, и Деметрий - сын и преемник Антигона - взбунтовался в бывшей Цинь. Деметрий убил Агафокла (тот сам хотел убить его, но не успел) и объявил себя царем Востока. Однако все сподвижники Деметрия - эллины, персы и жители Чжунго - понимают опасность истребительной войны между народами Востока и Запада и приканчивают самозванца-царя, выразив лояльность сыну Александра Великого.

Александр I верно оценил опасность междоусобиц и пришел к выводу, что именно конфедерации городов являются самыми стабильными образованиями державы. Поэтому он всю свою жизнь посвятил задаче сплочения всех других ее составных частей в такие же конфедерации, поощряя при этом местную инициативу горожан. Александр IV заявил: 'Монархия есть почетное рабство', - и успешно решил поставленную задачу.

Удачам сына Александра Великого способствовали его соратники, ибо триумвиры подготовили себе хорошую смену. Младший сын Птолемея основал университет в Александрии и стал его ректором. Своей деятельностью он стимулировал блестящий прогресс науки, в результате которого александрийский ученый Герои изобрел паровую машину, преобразовавшую производство. Немалую роль в этом сыграл и царь Александр XII, способствовавший внедрению изобретения Герона в хозяйство.

Во время царствования Александра IV появились и другие таланты, в том числе организаторские. Так, Ашока - внук Чандрагупты - ненавидел войну и благодаря своему глубокому уму и гуманности стал первым и непревзойденным министром здравоохранения державы.

Продолжали рождаться и люди, характером и способностями подобные Александру Великому, и они находили для себя достойное дело. К примеру, Гамилькар из бывшего Карфагена, возглавил работу по освоению Тропической Африки, вовлекая ее в лоно цивилизации. Уроженец бывшей Цинь - Мэн Тянь - осуществил нечто подобное в джунглях Южной Азии. 'Наконец, сын Гамилькара, Ганнибал, - завершает свой сценарий А. Тойнби, - более похожий на Александра Великого, чем любой другой смертный за истекшие 2300 лет. повторил подвиг Александра на море. Он построил корабль нового типа и отплыл на нем из Африки на Запад, заявив, что если Земля - шар, то он доберется до Шанхая. Это ему не удалось, зато он открыл Атлантиду, о которой писал еще Платон. Освоение этой удивительной страны сделало нашу цивилизацию истинно всемировой' [187, 42].

В реальной же истории со смертью Александра Македонского произошел быстрый распад его гигантской державы. Его соратники - ГГердикка, Антипатр. Леоннат, Неарх. Кассандр и другие - вступили в кровавые распри. Его жена Роксана с маленьким сыном были тайно уничтожены.

Возникает вопрос: отчего же так быстро развалилась мировая империя Александра Македонского, по существу так и не начавшая функционировать как единое целое?

В научной литературе это обычно объясняют тем, что огромный и пестрый комплекс завоеванных стран скреплялся македонской армией, что единство и сила самой армии (следовательно, и эллинистической империи) обусловливались личностью выдающегося вождя, который вея ее от победы к победе малой кровью (за весь десятилетний поход Александр Великий потерял не более трети своей армии) и захватил немыслимые богатства. Но самое главное - несмотря на введение единообразной политико-административной системы на всей территории державы, отдельные области империи Александра Великого оставались разобщенными [42, 346].

Смерть великого царя, таким образом, отнюдь не является причиной гибели его державы, как казалось античным мыслителям и некоторым современным исследователям (В. Тарн и др.), а только эпизод в закономерном процессе исторического развития. Это дает основание советскому ученому Э. Берзиню следующим образом квалифицировать данный неосуществленный сценарий мировой цивилизации, представляющий собой исследование 'небывшего': 'Тойнби в своей разработке возможных вариантов прошлого подходит к истории слишком узко, разбирая лишь верхний слой событий. Для него - во всяком случае в этом эссе - историческая случайность сводится к особенностям расстановки личностей как шахматных фигур истории. С Александром остальные реальные лица, события и процессы играют в поддавки. И выходит, что благодаря неповторимой личности в IV в. до н. э. могла быть создана глобальная держава, так и не появившаяся за всю историю человечества' [84а, 38].

К мнению Э. Берзиня присоединяются историки С. Арутюнов и Е. Черных, отмечая, что у А. Тойнби в его сценарии отсутствует общая экономическая основа функционирования мировой империи. К тому же буддизм был неприемлем для Южной Европы и Ближнего Востока.

Им возражает историк В. Логинов: 'Нам важно понять конструкцию схемы, предложенной Тойнби. Английский историк попытался представить себе, какими путями мир мог бы прийти к созданию идеального общечеловеческого общежития - без войн и взаимного истребления, ему кажется, что ликвидация противостояния Запада и Востока дает ключ к решению. На это направлена его гипотеза, здесь ее суть. Пути, которые он указывает, выписаны им, на мой взгляд, с достаточной долей юмора, и вряд ли стоит слишком уничижительно анализировать детали его конструкции [84а, 39].

Думается, что правы те исследователи, которые усматривают вполне реальные основания для мысленного эксперимента А. Тойнби, проделанного с возможным вариантом судьбы империи Александра Великого.

Так, французский историк П. Левек в своей прекрасной книге 'Эллинистический мир' подчеркивает, что македонский царь стремился не к уничтожению и подчинению завоеванных народов, а к слиянию их 'с греками в единое гармоничное целое, в которое каждый внес бы свою лепту', что он проводил весьма гибкую политику [122, 9-10]. Александр Великий старался приспособить греческие учреждения, обычаи и верования к восточным культурам, культивировал религиозную терпимость, признавал самоуправление покоренных народов и их равноправие.

Распад мировой империи Александра Великого связан с надломом эллинизма, связанного с экономическим и демографическим кризисами, приведшим к разложению греческого общества. Польский кибернетик культуры И. Коссецкий пишет: 'Уже в период господства Александра Великого... греческое население, хотя и весьма многочисленное для того времени, составляло меньшинство в населении всей империи. Если бы еще некоторое время среди греческого населения сохранялся соответствующий естественный прирост, тогда его доля во всем эллинистическом мире возрастала' [257,31].

Однако этого не произошло, и поэтому мечта Александра Великого о мировой, универсальной империи не осуществилась. Но его труды не пропали даром-его походы 'сыграли заметную роль в сближении европейской и восточной цивилизаций' [59, 345]. Именно он впервые в истории призвал к единению, согласию и общежитию на равных правах людей разной крови, разных рас, происхождения, языков и культур [269, 17]. И значимость неосуществленного сценария развития в дальнейшем мировой империи Александра Великого состоит в том, что человечество на пороге XXI столетия движется к его осуществлению.

Поликарпов В. С. Если бы... Исторические версии. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1995.
Свежие материалы
ВВЕРХ